Социальные проекты: кто стал лучшим?

Приятная музыка, столы с закусками и общее ощущение светского праздника. На самом деле зрители в зале достаточно далеки от светских раутов. Не то, чтобы они не хотели «на бал». У них слишком много других, гораздо более важных дел.

Это социальные предприниматели – люди, которые работают там, где выгода не является основополагающим критерием. Вчера под эгидой Центра инноваций социальной сферы прошло награждение лучших из них.

 

— Тот случай, когда термин появился намного позже обозначаемого им явления, — говорит Евгений Люлин, и.о. вице-губернатора Нижегородской области. – Социальные предприниматели были всегда – достаточно вспомнить купцов Бугровых. Но в последнее время их действительно стало намного больше.

— В 2011 году, когда я начинал свою работу, был уверен, что я – единственный такой ненормальный, — улыбается Вадим Носов, руководитель компании «Близкие люди» и один из победителей конкурса. – Сейчас по нашей франшизе действуют организации в десяти городах России.

Вадим Носов занимается помощью семьям, где есть пожилые родственники, которые уже не могут самостоятельно ухаживать за собой. Будем честными: это серьезное испытание для всех членов семьи. И когда хотя бы на какое-то время приходит сиделка и дает возможность взрослым детям и внукам отлучиться из дома, не опасаясь, что бабушке или дедушке потребуется помощь, это дорого стоит.

— Пока я сейчас с вами беседую, сто пятьдесят наших сиделок уже пошли по адресам, — произносит Носов.

Еще один победитель конкурса, Ирина Демина, уже 20 лет возглавляет центр «Диво» — в нем вместе занимаются дети, имеющие проблемы с развитием, и те, в чьей медицинской карточке написано «здоров». Более того: для каждого ребенка (опять же, вне зависимости от его уровня здоровья) проводят и индивидуальные консультации.

— Пять лет назад я даже не думала, что государство может так поддерживать нашу деятельность, — признается Ирина Демина. – Мы же частная организация, все социальные программы проводим только на деньги, которые сами же и заработали. Ну какая помощь от властей? Но нас поддерживают. И сейчас я верю, что наша программа-максимум: добиться того, чтобы каждый ребенок мог получить высококвалифицированную психолого-педагогическую помощь, — имеет все шансы стать реальностью.

Десять лет назад (как-то странно каждый абзац начинать с отсыла к прошлому, но слишком уж велик контраст между «тогда» и «сейчас») некоммерческие организации тоже существовали. Было их намного меньше, чем сейчас, и задачи они решали гораздо более локальные.

Казалось, так и должно быть. Государство решает все, а НКО – они для частных случаев. Что-то вроде «помочь по-соседски». Сегодня некоммерческие организации зачастую заменяют собой государственные структуры.

Срабатывает эффект заинтересованности. Как правило, НКО организуют люди, для которых это не просто работа. Это боль. Это цель. Это смысл жизни.

Они взрывают интернет в поисках нужной методики и переворачивают горы по дороге к результату. А потом по этой же дороге ведут других людей – тех, кто пришел к ним с аналогичной болью.

Странно было бы не задействовать такой ресурс. И он уже задействуется: в последние годы государство все больше своих социальных функций перекладывает на НКО – разумеется, вместе с финансированием.

На конкурсе «Лучший социальный проект в Нижегородской области» был и еще один, скажем так, «подконурс». Впервые регион выбирал лучшие проекты, которые получали гранты на их реализацию. Пока – до 150 тысяч рублей, но, с другой стороны, и на такую сумму можно организовать очень значимый проект.

Юлия Кремнева выходит на сцену, словно не веря происходящему. Один из грантов достается ей. Точнее, ее «Дому удивительных людей» — особой площадке, на  которой она собирает родителей и детей, имеющих одновременно нарушения и слуха, и зрения. В течение нескольких дней за каждым ребенком, его родителями, братьями и сестрами наблюдают педагоги, дефектологи, психологи – а затем командой (причем командой – это вместе с родителями) составляют программу развития. Персональную для каждого. Теперь «Дом» может работать, не выискивая где только можно средства на собственное существование.

— Буквально полчаса назад я общался с преподавателями университета имени Лобачевского, а сейчас получаю здесь Благодарственное письмо от министерства промышленности, торговли и предпринимательства Нижегородской области, — говорит Роман Пономаренко, руководитель НРООИ «Ковчег». – Попасть в университет – это была моя мечта. Двадцать лет назад, когда я учился на юрфаке, ни о какой доступной среде не было и речи. А я, как видите, на коляске. Вступительные экзамены у меня принимали прямо в машине. За все годы заочной учебы я так ни разу и не пересек порог вуза. Преподаватели сами приезжали ко мне домой. Я видел: они в меня верят, и мне очень хотелось их доверие оправдать.  А сегодня мне удалось пройти в университет. Мир действительно становится все более единым – и для людей с инвалидностью, и для людей без инвалидности.

Сам Роман сделал для этого объединения очень много. Достаточно вспомнить его проект «Территория РИТМа»: первый в России инклюзивный лагерь, куда приехали молодые люди с инвалидностью и без нее со всей страны – и в котором в режиме нон-стоп учились у лучших тренеров страны предпринимательскому мышлению.

— Иногда нас спрашивают: почему Центр инноваций социальной сферы был открыт при министерстве промышленности, а не социальной сферы, — произносит Максим Черкасов, и.о. министра промышленности, торговли и предпринимательства Нижегородской области. – Это очень логично: социальное предпринимательство становится трендом.

— Сегодня крупные социальные проекты реализуют даже компании, чья деятельность может считаться коммерческой от начала до конца, — говорит Елизавета Солонченко, руководитель Нижнего Новгорода, — но они создают собственные благотворительные фонды, поддерживают сотрудников, решивших стать волонтерами… Почему именно в наше время? Наверное, время пришло. Российскому бизнесу сейчас в среднем 20-25 лет. Пора становиться взрослым!