Нижегородские эрзяне рассказали, как сегодня сохраняют традиции своего народа

Если не знать, что Ольга и Олег Наумовы эрзяне и между собой говорят на родном эрзянском языке, догадаться об этом невозможно. Но сами эрзяне могут отличить «своих» по строению лица, по характерному произношению. Эрзя – один из двух основных народов мордвы. Многие из своих обычаев и традиций эрзяне сохраняют и поныне.

С эрзянским акцентом

Ольга и Олег родились и выросли в эрзянском селе в Мордовии. В школе им преподавали на эрзянском родной язык и родную литературу. В Нижний Новгород Наумовы переехали более 15 лет назад. Одиннадцатилетняя старшая дочь Наумовых освоила родной язык уже самостоятельно.

«Теперь она понимает всё, так что тихонько мужу не шепнёшь что-то на эрзянском, – улыбается Ольга. – У нас достаточно сложный язык, 11 падежей, в произношении есть особенности. Когда мы переехали в Нижний Новгород, мне коллеги на работе говорили, что у меня необычный акцент – мы очень смягчаем согласные и заметно окаем».

«А у нас дома со мной и братом в детстве общались больше на русском, чтобы у нас не было эрзянского акцента, – признаётся муж Ольги Олег. – Многие тогда своего родного языка стеснялись».

Олег учился в Мордовском университете, где студентам преподавали на мокшанском. Эрзя и мокша – это два родственных, но различных финно-угорских народа, которых сейчас знают под общим названием – мордва.

«Мы с мокшей говорим на разных языках, у нас различные культуры, разные костюмы, – говорит Олег. – Нас объединили в один народ при создании Мордовской АССР. Язык у нас похожий, но говор и произношение сильно отличаются. Например, у мокши более быстрая речь, а мы говорим медленно. Но приветственное «здравствуй!» звучит и у мокшан, и у эрзян одинаково: «Шумбрат!».

Подушка для несушки

По словам Олега, в Нижегородской области исторически всегда жили эрзя. Это видно по названиям на дорожных указателях, оканчивающихся на слог «лей», который означает на эрзянском ручей или овраг.

Традиции и обычаи эрзян уходят в далёкую древность. Когда-то эрзяне были язычниками, потом приняли христианство, но отголоски язычества встречаются и поныне.

«У нас в селе был обычай, смысл которого заключался в том, чтобы в доме появилась хорошая несушка: когда на Пасху в дом заходила маленькая девочка, бабушки ставили стул, клали на него мягкую подушку и сверху сажали ребёнка, – улыбается Ольга. – На эту роль часто выбирали мою младшую и очень шуструю сестрёнку Иру. И я слышала, как потом бабуля с соседкой смеялись: «Ирку больше не сажаем: ни несушку не поймать, ни цыплят – бойкие, как она, получаются!».

Испытания невесты

Свадьба Ольги и Олега проходила по национальным обычаям. Например, тётя невесты во всём ярком и с украшенным посохом ходила по домам и приглашала на свадьбу.

В первый день после благословения свёкор принимает невесту у отца, беря её за руку через полу пиджака, и выводит из дома. А на второй день свадебная свита, состоящая из родственников невесты, приходит в дом родителей жениха, где ночевали молодые, и крадут невесту, а вместо неё предлагают новобрачному ряженую «невесту».

«Раньше свадьбу отмечали по семь дней, и каждый день нёс определённый смысл, – объясняет Ольга. – В один из дней свадьбы проводились «испытания» невесты. Вот как это проходило у нас. Приходит мальчик Виталик, двоюродный брат мужа: «Пойдём, уреж (обращение к новоиспечённой жене брата, – прим. авт.), за водой к колодцу!». Втаскиваю ведро с водой, а он в него кидает горсть хмеля: «Вода грязная, набирай снова!». И так несколько раз, четвёртое ведро только понесла домой. Проверяли, как проявлю свой норов: буду ли ругаться, на сколько выдержки хватит».

Когда-то особенностью эрзянской свадьбы была традиция свадебного плача. Девушка так долго и громко причитала, что к свадьбе уже теряла голос. А когда её о чём-то спрашивали, вместо ответа одаривала перстенёчком.

Есть обычаи, связанные с огнём. На седьмой день свадьбы прыгали через костёр.

«А на Старый Новый год в эрзянских сёлах и сейчас принято жечь ненужные вещи, и жители улиц соревнуются, у кого костёр больше и ярче, – говорит Ольга. – На рождение ребёнка у современных эрзян принято одаривать детей своих родных особыми подарками: если родилась дочь, то девочкам своего рода дарят банты. Если сын, то всем мальчикам рода преподносят презент голубого цвета».

«Кстати, у нас никогда не порицались межнациональные браки, поэтому в эрзянских сёлах много смешанных семей, – добавляет глава семьи. – Мы дружелюбный народ. Мы можем спорить, но не враждовать».

Особенности эрзянского костюма

Белый, красный, чёрный – эрзянская триада цветов в костюме. Увидеть его сейчас можно разве что в музее или на сцене. Например, на сцене Дома культуры села Шандрово библиотекарь Шандринской библиотеки Евгения Михаловна Трефилова с хором «Умарина» ставит элементы эрзянской свадьбы.

Евгения Михайловна уже много лет занимается сохранением эрзянской культуры. Она рассказывает, что по эрзянским обычаям на сватовстве девушка должна одаривать мужчин вышитыми рубашками, а женщинам дарить платья – панары.

«Размер платья не имел значения – выручал пояс, – говорит Евгения Трефилова. – Готовила эти наряды невеста с детства. Когда девочке исполнялось семь лет, отец приносил из лесу осину и вырубал парь – сундук, в который она собирала себе приданое: платья, рубахи, пояса, полотенца. Основу эрзянского костюма составляет рубаха – панара. У женщин вырез рубахи скреплялся нагрудным украшением – сюлгамо. Панар покрывала плотная вышивка – по всей длине, по рукавам, подолу».

Эрзянская триада цветов в костюме – белый, красный, чёрный – символизирует связь между землёй, жизнью и солнцем.

«Обувью служили онучи, в которых ноги выглядели толще – крупная женщина считалась красивой и здоровой, – продолжает Евгения Михайловна. – Высокий головной убор панго, что в переводе значит гриб, был обшит красным кашемиром и украшен позументом и лентами».

Поверх платья-панар надевали набедренное украшение пулай, расшитое бисером, монетами, колокольчиками, цепочками. Всё это гремело и звенело при каждом движении: говорили, что эрзянку сначала можно было услышать, а потом увидеть.

Своими глазами оценить красоту эрзянского костюма можно на фестивале «Эрзянь Киренчи» (0+). Он ежегодно проводится в селе Шандорово – одном из самых крупных сёл Лукояновского округа – по случаю Дня эрзянского языка, который отмечается 16 апреля. На фестиваль съезжаются творческие коллективы со всей области и соседних округов.

В День эрзянского языка Евгения Михайловна устраивает в фойе Дома культуры книжную выставку «Родной язык – душа народа», проводит народные игры, связанные с эрзянским языком, читает эрзянских писателей.

«Люди должны слышать этот красивый язык, – считает она. – Есть Красная книга растений и животных. Но мы обязаны сохранить и язык наших родителей. У человека должно быть четыре корня – родная земля, родная история, родная культура и родной язык. Без этого человек как Иван Непомнящий».