Роковое лечение

Фото из семейного архива Горчаковых

На Бору начинается суд по громкому уголовному делу, трагические события которого всколыхнули Нижегородскую область: из-за неправильного диагноза оборвалась жизнь трёхлетнего малыша. В местной больнице Никиту две недели лечили от ОРВИ, а у него было совсем другое заболевание, и ребёнку сделали только хуже. Судить будут врача-инфекциониста. Медик виновной себя не считает. Более того, она сама подала в суд на родных погибшего ребёнка.

Диагноз на глаз

Никита и его полуторагодовалый братик Семён были у бабушки, в посёлке Память Парижской Коммуны городского округа Бор. Мама детей Марина Горчакова, работавшая бухгалтером на теплоходе, была в рейсе – последнем в ту навигацию.

— 14 сентября мне позвонила мама: у Никиты поднялась температура, — рассказала нам Марина. – Решили дать жаропонижающее. Температура спала. Мама, сама медик, фельдшер на скорой помощи, отвела Никиту на сдачу анализов. В анализе крови по некоторым позициям было превышение нормы – педиатр сказала, что, значит, идёт воспалительный процесс, надо сделать уколы. Но маму насторожило, что у Никиты пошла ещё какая-то странная сыпь. 17-го я приехала. В ночь на 18-е у сына сильно поднялась температура…

На следующий день Никиту госпитализировали в инфекционное отделение Борской центральной районной больницы.

— Врачом-инфекционистом после осмотра пациента был поставлен диагноз ОРВИ и назначено терапевтическое лечение, — рассказывают в следственном отделе по Бору регионального Следственного управления СКР. — Несмотря на проводимое лечение, лихорадка у ребёнка не проходила, его состояние не улучшалось.

Марина Горчакова вспоминает, что Никиту в больнице «лечили», сменив за две недели четыре антибиотика, один сильнее другого.

— Сыну этими антибиотиками весь иммунитет разрушили, — с дрожью в голосе продолжает Марина. – Я видела, что с ребёнком творится что-то непонятное. У него коленочка опухла… В конце концов мы забрали Никиту и сами повезли в областную детскую больницу.

Слишком поздно

В Нижнем Новгороде врач, по словам нашей собеседницы, осмотрев малыша, сразу сказала: «Похоже на болезнь Кавасаки».

Диагноз подтвердился. Это было 2 октября. На следующий день Никиту перевели в реанимацию. Но спасти ребёнка врачи уже оказались бессильны.

Правильный диагноз Никите поставили только на 19-й день заболевания. Было действительно слишком поздно… Причины возникновения болезни Кавасаки, сопровождающейся воспалением кровеносных сосудов, сыпью, лихорадкой, до конца не изучены, но она хорошо поддаётся лечению, смертность – всего один процент. Но только помощь должна быть оказана в первые 10 дней. Когда малыша госпитализировали в Борскую ЦРБ, шёл пятый день с того момента, как у него впервые поднялась температура. И если бы врач сразу поставила правильный диагноз, малыш, скорее всего, остался бы жив. Если бы…

— Врач не предприняла меры к своевременному назначению методов обследования, ЭКГ, эхокардиографии, диагностированию и, как следствие, – к своевременному правильному лечению болезни Кавасаки, а проводимые ею лечебные мероприятия были не эффективны, — заключили в борском следственном отделе регионального СУ СКР.

Интересно, что, как рассказала нам Марина Горчакова, за два месяца до трагедии для врачей борской районной больницы проводили семинар как раз по болезни Кавасаки.

— У меня не было причин не доверять этому врачу, — говорит мать погибшего мальчика. — Я её впервые видела. Работает в ЦРБ, значит, дело своё знает… И теперь у меня вопрос: имеет ли право такой человек лечить людей?

Привычка к боли

Инфекционисту предъявили обвинение в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей. Через два дня после смерти Никиты врач из районной больницы уволилась по собственному желанию, но продолжает работать в частных медицинских центрах на Бору и в Нижнем Новгороде.

Виновна ли врач, будет решать Борский городской суд – первое заседание назначено на 27 ноября. Однако семье погибшего ребёнка встретиться с ней в суде уже довелось. Родственники Марины выложили в соцсети пост, в котором назвали имя и фамилию медика, которую считают виновной в смерти Никиты.

— И она подала иск в суд, заявив, что ей причинили моральный ущерб, опорочили честь и достоинство, — рассказывает Марина Горчакова. – Потребовала один миллион рублей. В удовлетворении иска было отказано. Она обжаловала решение, но областной суд оставил его без изменения.

Следствие по делу продолжалось два года. При этом мать погибшего малыша била во все колокола: писала и уполномоченному по правам человека в Нижегородской области, и президенту страны. Марина заявила иск о возмещении морального вреда в пять миллионов рублей.

— Лечит ли время? Нет. Ребёнок умер у меня на руках. Такой долгожданный, такой любимый, — не сдерживает слёз молодая мать. — Забыть это невозможно. Ты просто привыкаешь жить с этой болью…

* Никите было всего 3 года 9 месяцев. На Новый год он мечтал поехать к Деду Морозу…