Старейший сотрудник ГТРК «Нижний Новгород» Александр Цирульников: «Я очень многое помню из военного времени»

Старейший сотрудник ГТРК «Нижний Новгород» Александр Цирульников: «Я очень многое помню из военного времени»
Фото: из архива редакции
Александр Цирульников, легенда нижегородского телевидения

Сайт «Нижегородская правда» продолжает публиковать рассказы о своём военном детстве известных нижегородцев. Сегодня история от старейшего сотрудника ГТРК «Нижний Новгород», легенды горьковского телевидения  Александра Цирульникова. 

 

— Мое раннее детство пришлось на войну и послевоенные годы. Я очень многое помню из военного времени. И могу вызывать из памяти ту давнюю картину и рассматривать ее.

И день начала войны я тоже помню. Мы жили городе Николаеве на Большой Морской, а мамин брат мой дядя Абрам Аронович Ольшанский с семьей — тетей Розой и детьми Фирой и Шурой, которого я называл Братиком, потому что по малолетству не понимал, как это могут быть два человека с одними и теми же именами, — на Спасской улице. Совсем недалеко от нас. Так что я в свои три с лишним года мог за руку с мамой ходить туда пешком. И 22 июня, в воскресенье, часов в десять утра мы пошли к Ольшанским. У них был приёмник с зеленым глазком, и я очень любил крутить его коричневую лаковую деревянную ручку и наблюдать, как при этом по светящейся шкале движется вертикальная белая трубочка или ниточка, извлекая откуда-то из глубины понятные и непонятные звуки. Был теплый летний день, тетя Роза собиралась угощать всех обедом, дочь и сын помогали ей выносить во двор, на стол под окнами, посуду. Дядя Абрам и мама о чем-то говорили на диване, а я крутил ручку включенного приемника: музыка… шум… песня… голос. Время приближалось, видимо, к 12 часам дня, когда я «набрел» на какое-то сообщение, которое сам, естественно, не понял. Дядя Абрам подбежал ко мне, схватил за руку, чтобы я не сдвинул ручку приемника. В комнате собрались все, кто был в доме и во дворе. И тогда прозвучало и многократно повторилось слово «война». Вот так, играючи, я выловил его в сетях эфира.

Помню, как тетя Роза, которая так и стояла с какой-то кастрюлькой в руках, сказала: «Как он волнуется, аж заикается!..» она не знала, что Молотов от рождения был заикой…

Дядя Абрам сразу же облачился в свою милицейскую форму — он был то ли начальником, то ли заместителем начальника николаевского отдела милиции — и убежал на работу…

Когда мы возвращались с мамой домой, то у нас на Большой Морской застали картину, которую я вижу сейчас во всех подробностях до мелочей, так она потрясла мое детское воображение: по улице, по ее проезжей части, на буксире за грузовой трехтонкой везли самолет в сопровождении конников — два впереди перед машиной, двое или трое по бокам и двое позади процессии. Самолет медленно плыл по улице, растопырив крылья с красными звездами над тротуарами так, что прохожие прижимались к стенам домов. Милиционеры на конях разгоняли снующих рядом мальчишек, которые кричали: «На войну! На войну!». Тогда впервые в жизни я увидел самолет так близко и был потрясен его размерами, хотя сейчас думаю, что это был «И-16», небольшой ястребок, который перед войной был принят на вооружение боевой авиацией. На ту пору это был один из лучших отечественных истребителей.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Официальный источник», и новости сами придут к вам.
Подпишитесь на нас
Новости партнеров
Похожие публикации