Железная Васса. Спектакль ТЮЗа покорил нижегородскую публику

фото Георгия Ахадова

Спектакль «Васса» в Нижегородском ТЮЗе, поставленный на малой сцене молодым режиссёром Ильёй Ротенбергом, стал одной из тех редких премьер, которые сразу вызывают единодушное одобрение публики – от простых любителей театра до искушённых критиков.

 

Здесь захватывает всё: и необычные мизансцены, и яркая игра актёров, и необычное прочтение Горького, актуальное в юбилейный год писателя.

Внимание… на стены

Необычная сценография поражает здесь с первой же минуты. Перед нами кабинет Вассы, в котором нет окон – одни двери. Где-то там, за стеной, окна есть. За ними сменяется день и ночь, лучи света изредка врываются в комнату через дверь, но обстановка внутри не меняется. Мир замкнулся. И Васса сидит к зрителям спиной! Но вдруг стены её кабинета превращаются в огромные экраны, и вот уже мы видим героев со всех сторон. Каждый взгляд, каждая эмоция как на ладони. Но выглядит это так ненавязчиво, что не отвлекает от действия, а дополняет его, позволяя увидеть самое сокровенное. А посмотреть есть на что. Классическая обстановка, детально выдержанные в стиле показанной эпохи костюмы, созданные художником Натальей Симаковой, и яркие актёрские работы.

Два раза в одну реку

Великолепен Леонид Ремнёв. Второй раз на этой сцене он играет Железнова, но если в предыдущем спектакле, шедшем много лет назад, его герой даже вызывал жалость, то в этот раз он показал его человеком страшным, безжалостным и заслуживающим кары. Босой, в домашнем халате, появляясь из дверей, он одним взглядом заставляет оледенеть сердца зрителей. Любой другой в таком виде показался бы попросту смешным. Но не он. Развалясь в кресле и положив ноги на стол, он словно притягивает свою жертву. И понимаешь, что испытывала юная Васса, которую он заставил слизывать сливки со своего сапога. Противостояние мужа и жены затягивает витающим страхом.

Ирина Страхова – Васса – хрупкая блондинка, за красотой огромных глаз скрывает всю боль, ненависть и жестокость, накопленную героиней за годы замужества. Огромные экраны позволяют увидеть её чувства во всех подробностях. Она молода, как и её героиня (у Горького Вассе 42), но уже безжалостна к себе и другим. И вот муж в ужасе понимает, что он обречён. Нет жалости в Вассе и к матери своего внука – снохе Рашели (в предыдущем спектакле она сама играла Рашель, и это позволило актрисе увидеть и прочувствовать ситуацию с двух сторон и придать этой схватке за ребёнка особую остроту).

Свет, поглощённый тьмой

Хороша и Рашель – Дарья Андреева. В сцене безудержного пьяного веселья семьи, распевающей пошлые куплеты, она, изысканная и прекрасная, садится за фортепьяно и усмиряет разнузданное веселье красотой музыки. Когда-то она была столь же невинна, что и младшая дочь Вассы, но революционные идеи отобрали у неё всё, даже сына. Актриса во всех подробностях показывает этот контраст и боль двух миров. А рядом другой. Зал замирает, когда озарённая светом появляется младшая дочь Людмила (Анна Энская). Босая, в белом одеянии, нежная и трогательная, она – символ чистоты, неиспорченности… и ненужности этому злому миру. Беседы с лавровым деревом, её единственным настоящим другом, актриса сыграла так пронзительно и нежно, что сердце сжимается от жалости.

И на контрасте другая блондинка – старшая дочь, Наталья (Анна Бледникова). За ангельской внешностью в ней кипят страсти и взлелеянные окружением пороки, сыгранные с глубиной и задором. Вот она чуть не соблазняет собственного дядю – Прохора.

Впрочем, именно он её и сделал такой. Игорь Авров в этой роли убедителен, как никогда. Угодливый с Вассой и фантастически жестокий с Лизой (её сыграла Анастасия Волох), в итоге он вызывает омерзение. Переход от весёлого, недалёкого, но в общем-то положительного дядюшки к безжалостному негодяю он играет с лёгкостью и каким-то остервенением. Его расправа с Лизой пугает своей реалистичностью и требует от обоих актёров виртуозного владения техникой сценического обмана. Некоторые зрители и правда поверили, что он протащил её перед ними по полу за косу! Ноты юмора в этот семейный ужас вносят Поля (Юлия Соколова) и Пятёркин (Фёдор Боровков). Они смогли сделать это веселье прелюдией к надвигающейся трагедии. В сцене семейной трапезы проекция превращает происходящее в подобие «Тайной вечери». Кто он, Иуда, что разрушит семейный мир?

Разрушение

Финал спектакля трогает до глубины души. Смерть Вассы остаётся практически за сценой. Но то, как реагируют на неё герои, страшнее самой смерти. Мечущаяся между деньгами и преданностью наперсница Вассы Анна (Надежда Афанасьичева) в порыве мародёрства срывает с тела ключ от сейфа и тут же молится и просит прощения у покойной. Преданность и ненависть к хозяйке, что жили в ней десятилетиями, режиссёр раскрыл в этом метании. И тут же Прохор, вдруг осознавший, что он опекун и может распоряжаться деньгами сестры, и Наталья, получившая свободу. Её безразличие говорит больше, чем слова. Крик Людмилы «Мама, мама!», полный безнадёжности, вызывает слёзы. А замершая проекция как немая сцена символизирует ушедшую эпоху семьи. Зрители в восторге встречают поклон аплодисментами, благодаря за пережитые эмоции.

Горьковский текст в устах героев ведёт за собой и находит отклик в каждом из зрителей. Режиссёр добился того, что он воспринимается вне времени и пространства, словно написан вчера.

Добавить сайт в мои источники