Ни земли, ни воли: почему отмена крепостного права стала величайшим обманом русского народа

Газета "Новое дело"
Ни земли, ни воли: почему отмена крепостного права стала величайшим обманом русского народа
В царском Манифесте слова были сказаны хорошие и правильные...

В эти дни отмечается 160-летний юбилей с момента отмены крепостного права в России. Случилось это 3 марта 1861 года, когда царствовавший тогда император Александр Второй подписал соответствующий Манифест. Наша либеральная общественность до сих пор считает эту дату величайшей в истории России… Но насколько столь восторженное определение соответствует действительности?

 

Крепостное право возникло в Европе эпохи феодализма. Дело в том, что тогда главной опорой царствовавших монархов было дворянство, то есть слой людей, которые фактически находились на постоянной военной службе. В награду за эту службу монарх жаловал дворян поместьями и деревнями вместе с жившими там крестьянами. А чтобы крестьяне не разбегались от дворянина и не подрывали его материальное благополучие, их законодательно прикреп­ляли к земле, лишая свободы передвижения…

Постепенно с упадком феодальных отношений и с развитием капитализма, требовавшего множества свободных рабочих рук, крепостное право уходило из Европы. И только в России задержалось на очень большой срок. Причин тому было много. Это и геополитика – длительное соседство Руси со степями Дикого поля, откуда шли постоянные набеги кочевников, вызывало отток населения из южных регионов страны и неравномерность её заселения (поэтому людей насильно прикрепляли к земле). Это и консервация феодализма – русская буржуазия развивалась очень слабо и медленно. Это и нежелание русской правящей элиты реформироваться в соответствии с требованиями времени…

 

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

Само крепостное право в России начало складываться буквально сразу после образования из прежде раздробленных древнерусских земель единого централизованного Московского царства, то есть с конца XV века. Поначалу крестьянин мог свободно уйти от одного помещика к другому при отсутствии каких-либо долгов. Потом пожелавшего уйти, даже если он не был должником, обязали платить бывшему владельцу специальную плату – «пожилое» – за прожитое на землях помещика время. Потом крестьянин мог уйти только в определённое время, по окончании годичного цикла полевых работ – за неделю до и в течение недели после осеннего Юрьева дня, то есть 29 ноября (по Юлианскому календарю). При Иване Грозном отменили и уход в Юрьев день.

А в 1649 году вышло Соборное уложение, согласно которому всякий уход от помещика запрещался, крепостное состояние крестьян сделали потомственным, а право собственности их владельцев – наследственным. При Петре Первом крестьяне стали фактически собственностью своих дворян-помещиков, без права жаловаться на них в суд и вообще без каких-либо реальных юридических прав.

Суть крепостной системы России была в следующем. Крестьянин прикреплялся к земле и не мог покинуть её без разрешения владельца. Помещик предоставлял надел крестьянину, взамен крестьянин нёс определённые повинности в пользу барина. Такой повинностью могла быть барщина или оброк. Барщина – бесплатный труд в пользу помещика какое-то количество дней в неделю. Оброк – натуральная плата барину: то есть в определённое время требовалось отдать за пользование наделом определённую часть продуктов или денег помещику. Оброк, как правило, был более распространён в нечернозёмных областях России, а в чернозёмных более выгодной для помещиков стала барщина.

Да, были ещё и свободные крестьяне, трудившиеся на государственных или дворцовых землях, но их было очень мало, да и в любой момент они могли перейти из государственного управления в помещичье – если император пожелал бы вознаградить кого-нибудь из аристократов деревенькой или целым сельским округом. Поэтому абсолютное большинство крестьян было закрепощено – на рубеже XVIII-XIX веков крепостные вообще составляли до 60% населения всей России!

Нельзя сказать, что русские цари не понимали всю дикость сложившегося положения дел. Тем более дворяне из служилого сословия фактически превращались в настоящих паразитов, которые не хотели никакой службы в пользу государства, но зато желали вести праздный образ жизни за счёт своих имений и поместий. Как метко заметил известный русский историк Василий Осипович Ключевский, на следующий день после царского Манифеста о вольности дворянства от 18 февраля 1762 года, который фактически освобождал дворян от какой-либо обязательной службы, следовало отменить и крепостную зависимость крестьян. Но, увы…

Цари были слишком зависимы от дворянского сословия, этой касты, из которой черпали кадры для управления страной. И если каста по каким-либо причинам была недовольна монархом (в том числе и его возможными антикрепостническими планами), то могла пойти на что угодно, вплоть до убийства неугодного царя – как, например, случилось с императорами Петром Третьим и Павлом Первым… Когда императрице Екатерине Второй предложили избавиться от крепостничества, она горько призналась: «Помещики повесят меня прежде, чем освобождённые мужики прибегут меня спасать»…

 

Гладко было на бумаге

Тем не менее цари всё же пытались хоть как-то ограничить крепостную зависимость. Например, выходил Указ Павла Первого о трёхдневной барщине, который рекомендовал дворянам ограничить время эксплуатации крепостных. А его сын, Александр Первый, в 1803 году издал Указ о вольных хлебопашцах, разрешавший помещикам отпускать своих крепостных на волю. Даже были попытки хоть как-то ограничить судебный произвол помещиков над своими мужиками… Но в принципе саму систему крепостного рабства эти робкие шаги никак не меняли! По словам одного историка:

«В целом жизнь при крепостном праве – лотерея. При хорошем помещике можно было жить даже лучше, чем вольным крестьянином или мещанином. При плохом жизнь превращалась в ад. Порой попадались безумные самодуры, изводившие своих дворовых людей (по свидетельствам современников, этим чаще всего почему-то грешили помещицы), а иногда встречались и милые чудаки, которые, обнаружив у своего крепостного какой-то талант, отправляли его за свой счёт на учёбу в столицу, а потом ещё и давали вольную…».

Однако к середине XIX столетия стало ясно – так жить больше нельзя. В Европе вовсю развивался капитализм, сметавший прежние феодальные устои, а Россия в сфере общественных отношений застряла где-то на уровне Британии XVI века. А такая отсталость тянула за собой и всё остальное, включая армию, экономику, социальное развитие.

Как писал современник: «Крепостное право не только унижает зависимых людей, парализует их активность и способности. Оно развращает само господствующее сословие, не желающее трудиться во благо Отечества…»
В конце концов, Россия – прежде всего в силу отсталой экономики – в 1856 году потерпела позорное военное поражение в Крымской войне от объединённой армии ряда европейских стран. После этого стало ясно – медлить с реформами более нельзя, в том числе и с крестьянской реформой. И в 1861 году Александр Второй выпускает свой знаменитый Манифест об отмене крепостничества. Да, отныне крестьянин получил личную свободу. Но, как оказалось, этим всё и ограничилось…

Во-первых, помещики сохраняли собственность на все принадлежавшие им земли. Да, они были обязаны предоставить в пользование крестьянам «усадебную оседлость» (придомовый участок) и полевой надел. Но земли полевого надела предоставлялись не лично крестьянам, а в коллективное пользование сельским общинам, которые могли распределять их между крестьянскими хозяйствами по своему усмотрению.

При этом помещик передавал общине далеко не самые лучшие земли – лучшие он, как правило, оставлял исключительно за собой и за своим имением. И нередко бывало так, что эти хорошие помещичьи земли стояли заброшенными, так как барин жил в городе, ничуть не интересуясь земледелием, а его бывшие крепостные мужики были вынуждены добывать себе хлеб на заболоченных или на поросших лесом участках.

Во-вторых, за пользование надельной землёй крестьяне должны выплатить барину немалый выкуп – который, кстати, определялся помещиком по своему усмотрению (понятно, что дворяне старались не продешевить, выставляя максимальные суммы). По закону крестьянин обязан был немедленно уплатить помещику 20 процентов выкупной суммы, а остальные 80 процентов вносило государство. После чего крестьяне должны были погашать государственный долг в течение 49 лет равными выкупными платежами по ставке в 6 процентов годовых…

Расплата за грехи отцов

По подсчётам историков, к 1906 году российские крестьяне заплатили 1 миллиард 571 миллион рублей выкупа – и это за земли, реально стоившие 544 миллиона рублей! Таким образом, русский мужик (с учётом процентов по кредиту) фактически уплатил тройную сумму, обогатив тем самым и помещика, и государство! Только сам остался в дураках – ведь оплачивались, как мы помним, далеко не самые хорошие земельные угодья.

Но даже в этом случае далеко не у всех крестьян или целых общин были деньги для единовременной выплаты помещикам тех самых 20 процентов. И тогда для мужика было два выхода. Либо снова впрягаться в помещичью кабалу в виде выплаты ежегодного оброка или отработки на барщине – то есть опять стать полностью зависимым от помещика. Либо убираться на все четыре стороны, без каких-либо средств к существованию, пополняя тем самым ряды городского неимущего пролетариата. Ведь отныне мужик – «свободный человек»!

Таким образом, крестьянская реформа стала, по сути, большим надувательством и грандиозным обманом.

Неудивительно, что сразу после отмены крепостничества последовала череда крупных крестьянских бунтов.

Именно нерешённая крестьянская проблема стала главной причиной первой русской революции.

Царское правительство тогда попыталось снять социальный накал, выпустив в 1905 году Манифест «Об улучшении благосостояния и облегчении положения крестьянского населения», согласно которому выкупные платежи крестьян с 1907 года отменялись. Однако крестьяне хотели ещё и справедливого решения самого земельного вопроса – то есть передачи мужикам помещичьей земли. Царское правительство снова не решилось трогать дворянское имущество. И тогда, как пишут историки на примере Нижегородской губернии, началось массовое народное восстание: «Формы революционной борьбы нижегородских крестьян были самыми разнообразными: порубка помещичьего леса, разгром экономий и помещичьих имений… Иногда при разгроме помещичьих усадеб крестьяне применяли силу оружия…»

В конце концов, крестьянские выступления были подавлены силами армии и полиции, однако, как оказалось, только на время – мужики просто затаились, выжидая удобное время для возобновления бунтов. Это время пришло в 1917 году, сразу после Февральской революции, когда крестьяне (ещё задолго до прихода к власти большевиков!) разом поднялись и захватили всю помещичью землю, окончательно добив те барские усадьбы, которые уцелели после 1905 года.…Впрочем, как справедливо писал Александр Блок в своей знаменитой статье «Интеллигенция и революция», в самом факте беспощадного разгрома помещичьих усадеб лежали не только чисто хозяйственные интересы крестьян, но и жестокая память о крепостной неволе:

«Почему гадят в любезных сердцу барских усадьбах? Потому, что там насиловали и пороли девок: не у того барина, так у соседа. Почему валят столетние барские парки? Потому, что сто лет под их развесистыми липами и клёнами господа показывали свою власть: тыкали в нос нищему – мошной, а дураку – образованностью… Я не сомневаюсь ни в чьём личном благородстве, ни в чьей личной скорби; но ведь за прошлое – отвечаем мы? Мы – звенья единой цепи. Или на нас не лежат грехи отцов?».

В общем, народ всегда мстит за обман со стороны властной элиты. И чем больше такой обман, тем страшнее и сама месть…

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки