Вокзал для своих: знаменитый фильм о войне хотели запретить

Газета "Новое дело"
Вокзал для своих: знаменитый фильм о войне хотели запретить
Фото: кадр из фильма "Белорусский вокзал"
Слёзы в этой сцене у всех были настоящие

Кто бы мог подумать, что фильм «Белорусский вокзал», без которого немыслима телепрограмма ни одного связанного с войной дня, в своё время был запрещён к показу по идеологическим соображениям. Цензорам показалось, что в фильме ветераны войны изображены в ущербном виде.

Как же в итоге пробивалась к зрителям легендарная картина, отметившая на днях полувековой юбилей?

 

Сомненья прочь

И автор сценария – Вадим Трунин, и режиссёр картины – Андрей Смирнов были детьми войны. А перу отца режиссёра – Сергею Смирнову принадлежала знаменитая повесть «Брестская крепость», и он вёл программу «Рассказы неизвестных героев».

Однако изначально руководство студии не планировало давать снимать картину Андрею Смирнову.

Сначала снимать фильм предложили Ларисе Шепитько. Но она недавно выпустила картину «Крылья» о послевоенной судьбе женщины-лётчицы. И история «Белорусского вокзала» показалась ей в какой-то степени повторением снятого. Она предложила немного изменить сценарий. Один из героев погибал из-за взрыва в лаборатории. Но студию это не устроило.

Не сложилось с фильмом и у режиссёра киностудии Горького Марка Осипяна, которому после этого тоже предлагали снять его.

В результате экспериментальная студия через год разорвала договор с Вадимом Труниным. И тогда они с Андреем Смирновым вдвоём уже безо всяких заявок доработали сценарий.
Благодаря поддержке легендарного режиссёра Михаила Ромма, у которого во ВГИКе учился Смирнов, картину всё-таки удалось пробить к производству на «Мосфильме».

Работа над фильмом шла очень тяжело. Съёмки останавливали четыре раза.

Авторов обвиняли в том, что они снимают клеветническое, упадническое кино – уж слишком неприкаянными выглядели вчерашние фронтовики.

Приходилось идти на уступки. Например, в первоначальном сценарии герои попадали в милицию после драки в ресторане, куда они пришли помянуть умершего командира. Кто-то из сидящей рядом молодёжи начинал по-хамски себя вести. Один из героев не выдерживал и давал тому в морду. Завязывалась драка, и тут фронтовики, вспомнив своё «десантское» прошлое, укладывали распоясавшихся парней на пол.

Но один из них оказывался сыном какого-то начальника. Прибывал наряд милиции, всех забирали в отделение. Оттуда они выбирались сами, скрутив охранявших их стражей порядка.

Но киночиновники расценили это как клевету на советскую действительность и запретили бить молодёжь и милиционеров. В итоге появилась сцена с аварией и надышавшимся газом стажёром, ради спасения которого герои отбирают машину у владельца, отказавшегося везти парня в больницу.

О сцене лихого побега напоминает лишь предложение героя Папанова выломать дверь и скрутить милиционера. Но остальные его решительно отметают.

 

Звучит другой приказ

В роли монтёра Приходько Вадим Трунин изначально видел Евгения Леонова. Андрей Смирнов отнёсся к его выбору с недоверием – сомневался, что актёр с укрепившимся амплуа комика сможет сыграть такую серьёзную роль. Какое-то время он привыкал к этой мысли. Но после знакомства с Леоновым все сомнения отпали сами собой. Даже пробы устраивать не стали.

Для остальных проводились подробнейшие пробы.

Среди претендентов на роль директора комбината Харламова были такие мэтры, как Михаил Ульянов, Евгений Самойлов, Всеволод Санаев и даже Эльдар Рязанов. После череды проб режиссёр остановился на двух кандидатурах – Николая Рыбникова (которого Смирнов первоначально подумывал пригласить на роль Приходько) и Алексея Глазырина. Последнему в итоге и досталась роль.

На роль бухгалтера Дубинского пробовались Николай Гринько и Иннокентий Смоктуновский. Но режиссёр остановил свой выбор на Анатолии Папанове.

Журналиста Кирюшина могли бы сыграть Армен Джигарханян, Юрий Каюров, Виталий Доронин, Леонид Кулагин. Но режиссёру убедительней всех показались пробы Всеволода Сафонова.

Сложнее всего оказалось найти актрису на роль медсестры Раи. Самые удачные пробы оказались у Ии Саввиновой. Но она не выглядела ровесницей Папанова, Глазырина, Леонова и Сафонова. Именно Саввинова посоветовала актрису Ленинградского театра драмы имени Пушкина Нину Ургант.

Смирнова пробы актрисы сразу устроили. Однако руководство «Мосфильма» настаивало, чтобы роль сыграла Инна Макарова.

«Я, конечно, понимал, что Инна Макарова ни в чём не виновата. Честно сделал вторые пробы и с Макаровой, и с Ургант. И был уверен, что утвердят Нину. Ведь для этой картины было очень важно, чтобы в конце появилась женщина, излучающая свет. Каково же было моё удивление, когда я узнал, что утвердили Макарову», – вспоминал Смирнов.

К этому времени три четверти картины было отснято. Но Смирнова это не остановило, и он отказался работать над фильмом.

Через три дня ему позвонили с «Мосфильма» и сказали, что согласны на его условия.

Такие, брат, дела

Песню к ключевой сцене, когда герои поют вместе с Раей, искали долго.

«Я перебирал песни времён войны, предлагал Трунину – он всё отвергал. Говорил: «Нет, нужна песня, специально написанная», – вспоминал Смирнов.

Нина Ургант предлагала, чтобы её героиня пела что-нибудь из репертуара Клавдии Шульженко, например, «Синий платочек».

Но режиссёр к этому времени уже заказал песню Булату Окуджаве.

Музыку к песне должен был написать композитор кинокартины – Альфред Шнитке.

Однако Окуджава, сочиняя стихи, придумал и мелодию – так, по его словам, ему было легче. Эту мелодию он робко и напел, представляя песню съёмочной группе.

«Я говорю: «Вы знаете, у меня вместе со стихами родилась мелодия. Я вам её не предлагаю, но мне так легче под неё вам эти стихи исполнять». Очень робея и конфузясь перед Шнитке, я стал одним пальцем тыкать по клавишам рояля и дрожащим от волнения голосом петь», – вспоминал Окуджава.

Смирнову слова понравились. А вот музыка, по его словам, у автора не получилась. Однако Шнитке с таким выводом решительно не согласился. Он предложил Окуджаве спеть песню ещё раз. Воодушевлённый неожиданной похвалой, он запел уже смелее.

«И все стали подпевать, и когда допели, то оказалось, что песня всем понравилась», – вспоминал он.

Шнитке сделал оркестровую аранжировку мелодии, но всегда настаивал, чтобы автором песни указывался Окуджава.

Репетиции сцены, где герои поют песню, шли сложно. Но во время одной из них Нина Ургант подняла глаза на партнёров и увидела, что все они плачут – по-настоящему. Боль войны откликалась в каждом из них.

«Те слёзы в фильме «Белорусский вокзал», в квартирке бывшей медсестры, вовсе не кинематографические», – делился Анатолий Папанов, который сам был фронтовиком.

Следом расплакалась и сама актриса. Но режиссёр велел ей убрать слёзы – плакать должны только мужчины, так страшнее…

Руководство «Мосфильма» готовый фильм приняло настороженно. И поначалу вопрос о том, выпускать ли его на экраны, оставался открытым. Но, по легенде, картину привезли на дачу самому Леониду Брежневу, который тоже был фронтовиком. Говорят, что генсек даже прослезился. После этого фильм был разрешён к показу. А сам Брежнев с друзьями на даче частенько пел «Десятый батальон».

Так картина увидела своего зрителя, и несмотря на то, что в ней нет ни единой батальной сцены, стала одним из самых лучших и пронзительных фильмов о войне. На котором и спустя 50 лет плачут мужчины…

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки